Надежда лохвицкая ударение в фамилии

Видео:Тэффи - Надежда ЛохвицкаяСкачать

Тэффи - Надежда Лохвицкая

Фамилия Лохвицкая

Лохвицкая – женская русская, украинская, белорусская или польская, реже литовская, словацкая, словенская, хорватская, чешская, македонская, болгарская, еврейская фамильная модель, образованная от топонимов, названий мест (Вишневец → Вишневецкая, поместье за болотами → Заболоцкая), от фамилий помещиков (Строганова холоп → Строгановская), либо фамилии польского, западно-украинского либо западно-белорусского происхождения имеющие ударение на предпоследнем слоге (Потоцкая).

Видео:"Королева русского юмора" писательница Надежда Тэффи (Надежда Александровна Лохвицкая) / АудиолекцияСкачать

"Королева русского юмора" писательница Надежда Тэффи (Надежда Александровна Лохвицкая) / Аудиолекция

Национальность

Русская, украинская, белорусская, польская, литовская, словацкая, словенская, хорватская, чешская, македонская, болгарская, еврейская.

Видео:"Я ЗНАЮ, ЧТО МЫ НЕ СЛУЧАЙНЫ...": НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА ТЭФФИ-ЛОХВИЦКАЯСкачать

"Я ЗНАЮ, ЧТО МЫ НЕ СЛУЧАЙНЫ...": НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА ТЭФФИ-ЛОХВИЦКАЯ

Происхождение фамилии с суффиксами -ская/-цкая

Как возникла и откуда произошла фамилия Лохвицкая? Лохвицкая – русская, украинская, белорусская или польская, реже литовская, словацкая, словенская, хорватская, чешская, македонская, болгарская, еврейская фамильная модель, образованная от топонимов, названий мест, от фамилий помещиков, либо фамилии польского, западно-украинского либо западно-белорусского происхождения имеющие ударение на предпоследнем слоге.

Значение и история возникновения фамилии с суффиксами -ская/-цкая:

  • От топонимов.
    Например, Дубово → Дубовская, Стеблевка → Стебливская и т.п.
  • От названий мест.
    Например, Терек → Терская, на лугу → Луговская и т.п.
  • От от фамилий помещиков.
    Например, Краснов → Красновская, Кучков → Кучковская и т.п.
  • От фамилий польского, западно-украинского либо западно-белорусского происхождения имеющие ударение на предпоследнем слоге.
    Например, Заблоцкая, Красинская и т.п.

Видео:ДАЧНЫЙ СЕЗОН Теффи Надежда ЛохвицкаяСкачать

ДАЧНЫЙ  СЕЗОН Теффи Надежда Лохвицкая

История

Данный тип фамилий охватывает приблизительно до 10% белорусов и распространён по всей территории страны, с максимальным сосредоточением в Гродненской области (до 25%) с постепенным убыванием на восток. Однако в минимальном количестве 5—7% жителей, такие фамилии представлены в Беларуси в каждом населённом пункте.

Фамилии заканчивающиеся на -ская/-ский/-цкая/-цкий считаются изначальными для обширного культурного ареала, они характеры для украинского, белорусского и польского языков. Суффиксы -ская/-ский/-цкая/-цкий является общеславянским по происхождению. Но подобные фамилии изначально были у польской аристократии, и образовывались как правило от названия имений. Такое происхождение придавало фамилиям социальную престижность, в результате чего данный суффикс распространился в других социальных слоях, утвердившись в итоге как преимущественно польский суффикс. В результате сначала в Польше, затем на Украине, в Беларуси и Литве, которые входили в состав Речи Посполитой, суффикс -ская/-ский/-цкая/-цкий распространялся также в низших социальных слоях и разных этнических группах. Престиж фамилий на -ская/-ский/-цкая/-цкий, которые считались польскими и шляхетными, был столь высок, что данный словообразовательный тип распространился и на патронимические фамилии. К примеру, некто Милко становился Милковским, Кернога → Керножицким, а Скорубо → Скорубским. В Белоруссии и на Украине у магнатов Вишневецких, Потоцких часть их бывших крестьян получила фамилии своих владетелей (Вишневецкий, Потоцкий). Значительная часть фамилий на -ская/-ский/-цкая/-цкий в Беларуси не имеет топонимической основы, данными суффиксами нередко оформлялись заурядные крестьянские имена.

Практически все фамилии на -ская/-ский/-цкая/-цкий значатся в гербовниках Речи Посполитой. История многих семей берёт начало в глубокой древности, к примеру Бельские ведут род от Гедимина, а Глинские от Мамая и т. д. Остальные семьи хоть и менее знатные и древние, но тоже оставили свой след в истории. Например, было пять шляхетских семейств с фамилией Козловский, различного происхождения с гербами Ястребец, Лис, Вежи, Слеповрон и Подкова. Практически то же самое можно сказать о знатности фамилий на -ович/-евич. Например, известны два дворянских рода Климовичей гербов Ясеньчик и Костеша, и два рода Макаревичей гербов Лис и Самсон. Однако ближе к началу XX века фамилии в значительной степени утратили свою сословную окраску.

У поляков фамилии на -ская/-ский/-цкая/-цкий составляют 35,6% (на севере Польши до 50%). У восточных украинцев – 4-6%, у западных – 12-16%. У словаков они составляют 10% (Есенский, Ваянский), у чехов – 3% (Добровский, Палацкий). Незначительна доля этих фамилий у словенцев (словен. Pleterski, Ledinski), хорватов (Зрински, Слюньски), сербов. У болгар – около 18% (Левский, Раковский). У македонцев фамилии этого типа охватывают половину населения. Есть они также у лужичан (в.-луж. Kubaš-Worklečanski, Grojlich-Bukečanski). У русских фамилии на -ская/-ский/-цкая/-цкий принадлежали особым социальным группам: дворянам (в подражание княжеским и шляхетским), духовенству (часто из названий церквей и селений), с XIX века – разночинцам. Ср. княжеские и боярские фамилии – Шуйский, Вяземский, Курбский, Оболенский, Волконский; фамилии русского духовенства – Цевницкий, Сперанский, Преображенский, Покровский. Во второй половине XIX века они начали распространяться и у крестьян, но у них подобных фамилий было очень мало. На Севере России они встречаются во много раз чаще, чем в других областях. Наибольшая в России частота фамилий на -ский находится на северо-востоке Вологодской области, в которой они охватывают 8–12% всего сельского населения (Военгский, Едемский, Корельский), тогда как в юго-западных районах количество их редко превышает 1%. У крестьян такие фамилии могли также появиться от своего бывшего владельца, особенно в вотчинах крупных магнатов. В XX веке у тульских и орловских колхозников можно было встретить аристократические фамилии Трубецкой, Оболенский и др. Тысячи украинских крестьян имели такие фамилии, как Калиновский, Ольшанский, Потоцкий и др. Исконно русские фамилии на -ский позднее слились и практически были поглощены аналогичными польскими, украинскими и белорусскими фамилиями, такими как Борковский, Чайковский, Ковалевский, Лозинский, Томашевский. В литовскую антропонимию под польским влиянием также вошли фамилии на -ская/-ский/-цкая/-цкий. Самые распространённые фамилии в Литве: Казлаускас (лит. Kazlauskas), Янкаускас (лит. Jankauskas), Петраускас (лит. Petrauskas), восходят к фамилиям Козловский, Янковский, Петровский. В некоторой степени это относится и к латышской антропонимии в Латгалии (Домбровскис (латыш. Dombrovskis), Янковскис (латыш. Jankovskis) — Домбровский, Янковский). Фамилии на -ская/-ский/-цкая/-цкий под славянским влиянием появились также у евреев, белорусских татар, цыган и других народов, живших на территории Польши, Литвы, Белоруссии, Украины и России.

Видео:1910 Надежда Тэффи — «Юмористические рассказы»Скачать

1910  Надежда Тэффи — «Юмористические рассказы»

Склонение

Склонение фамилии Лохвицкая по падежам (женский род)

Именительный падеж (кто?)Лохвицкая
Родительный падеж (кого?)Лохвицкой
Дательный падеж (кому?)Лохвицкой
Винительный падеж (кого?)Лохвицкую
Творительный падеж (кем?)Лохвицкой
Предложный падеж (о ком?)Лохвицкой

Видео:Надежда Тэффи - биография и творчество. "Книжная полка" - выпуск 80Скачать

Надежда Тэффи - биография и творчество. "Книжная полка" - выпуск 80

Транслитерация (фамилия латинскими буквами)

Транслит фамилии Лохвицкая на латинице – Lokhvitskaia.

Видео:Надежда Тэффи. Юмористические рассказы. Аудиокниги онлайн бесплатноСкачать

Надежда Тэффи. Юмористические рассказы. Аудиокниги онлайн бесплатно

Ударение

Ударение в фамилии Лохвицкая не регламентируется правилами русского языка. Точно ответить затруднительно. Лучше уточнить произношение у носителя фамилии.

Видео:Надежда Тэффи (Лохвицкая). Выслужился. Юмористический рассказ. Читает Евгений Весник (1991)Скачать

Надежда Тэффи (Лохвицкая). Выслужился. Юмористический рассказ. Читает Евгений Весник (1991)

Источники

Другие значения и истории происхождения фамилий на сайте в нашем справочнике в алфавитном порядке:
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Видео:Фабрика красоты Н.А. ТеффиСкачать

Фабрика красоты Н.А. Теффи

Лохвицкая ударение в фамилии

Видео:Лекция 9.1 | «Ибо смех есть радость...» Н.Тэффи | Надежда Лазарева | ЛекториумСкачать

Лекция 9.1 | «Ибо смех есть радость...» Н.Тэффи | Надежда Лазарева | Лекториум

Лохвицкая жибер мария мирра александровна 1869-190

Замечательная русская поэтесса М.А. Лохвицкая (ударение в фамилии ставится на первый слог) родилась 19 ноября (2 декабря) 1869 года в Петербурге в семье известного адвоката Александра Владимировича Лохвицкого (1830-1884). А.В. Лохвицкий принадлежал к кругу ученых юристов. Он был доктором прав, автором курса уголовного права и других сочинений и статей, по словам современников, «отмеченных ясностью и талантом изложения». Практиковал как адвокат — точнее, присяжный поверенный. Его выступления привлекали аудиторию блестящей диалектикой и замечательным остроумием. Мать, Варвара Александровна (урожденная Гойер, ум. не ранее 1917), происходила из обрусевшей французской семьи. Она была начитанна, увлекалась литературой.

30 ноября 1869 года девочка была крещена в Сергиевском всей артиллерии соборе, находившемся по соседству с домом, в котором Лохвицкие жили (Сергиевская ул., д. 3). Восприемниками при крещении были подполковник В.А. фон Гайер и Е.А. Бестужева-Рюмина, жена профессора Петербургского университета К.Н. Бестужева-Рюмина (от имени которого получили название известные Высшие женские курсы). Бестужев-Рюмин был другом А.В. Лохвицкого.

Следующим ребенком в семье была Надежда Александровна (1872-1952) — знаменитая Тэффи. Из ее автобиографических рассказов явствует, что семья была многодетной, а разница в возрасте между старшими и младшими детьми — значительной. Выяснить точное количество братьев и сестер по метрическим книгам сложно, поскольку семья постоянно переезжала из города в город (отец окончил Московский университет, затем учился в Германии, преподавал в Одессе, Петербурге и опять в Москве); менялись адреса и в пределах одного города. Достоверно известны годы жизни только старшего брата Николая (1868-1933) и младшей из сестер, Елены (1874-1919). Брат стал военным, дослужился до генерала, во время Первой мировой войны командовал корпусом во Франции, в гражданскую войну участвовал в белом движении, некоторое время был командующим 2-й колчаковской армией. Среди множества его наград — Георгиевский крест 4-й и 3-й степени за личное мужество. В эмиграции он участвовал в различных патриотических организациях, был председателем общества монархистов-легитимистов. Елена упоминается во многих автобиографических рассказах Тэффи. Надежда и Елена — две младшие сестры — были особенно дружны между собой.

Литературные способности, в той или иной степени, проявились у всех детей семьи — известности достигла и младшая сестра Надежда (Тэффи), и Елена, и даже брат, Николай. По семейной традиции сестры вступали в литературу по старшинству, не одновременно, чтобы избежать зависти и творческой конкуренции. Первой была Мирра (так называли Марию друзья и знакомые). Дебют Надежды должен был состояться не раньше отлучения старшей сестры от литературы. Выстраивая такие планы на будущее, девочки-подростки едва ли полагали, что так и произойдет в действительности: полноценная литературная деятельность Тэффи (взявшей псевдоним лишь для того, чтобы отличаться от сестры) началась только после ранней смерти Мирры Лохвицкой.

Елена тоже писала стихи, вместе с Тэффи переводила Мопассана, состояла в обществе драматических писателей. Впрочем, профессиональным «литератором» она себя не считала. До 40 лет жила с матерью, затем вышла замуж за надворного советника В.В. Пландовского. Известны имена еще двух старших сестер — Варвары Александровны Поповой и Лидии Александровны Кожиной (их портреты содержатся в семейном альбоме Тэффи). Около 1910 года Варвара, овдовев или разведясь, поселилась вместе с матерью и сестрой Еленой. В адресной книге аттестовала себя как «литератор». В 1916-1917 годах она сотрудничала в «Новом времени», печатая заметки под псевдонимом «Мюргит», взятым из одноименного стихотворения Мирры. В рассказах Тэффи упоминается еще сестра Вера. Что касается взаимоотношений Мирры и Надежды, они, по всей видимости, были непростыми. Яркая одаренность обеих при очень небольшой разнице в возрасте (два с половиной года) привела скорее к взаимному отталкиванию, чем притяжению. В рассказах и воспоминаниях Тэффи нередки ощутимые «шпильки» в адрес покойной сестры. Но все же придавать им слишком большое значение было бы несправедливо.

В 1874 году семья Лохвицких переехала в Москву. В 1882 году Мария поступила в Александровское училище (в 1890-е гг. переименованное в Александровский институт), где обучалась, живя пансионеркой за счет родителей. После смерти мужа Варвара Александровна с младшими дочерьми вернулась в Петербург. В 1888 году, кончив курс и получив свидетельство домашней учительницы, Мария переехала туда же, к своим.

Сочинять стихи она начала рано, поэтом осознала себя в 15 лет. Незадолго до окончания института, в 1888 году, два ее стихотворения с разрешения начальства были изданы. В 1889 году Мария Лохвицкая начала публиковать свои стихи в периодической печати. Сначала она стала сотрудничать с иллюстрированным петербургским журналом «Север», затем печаталась в журналах «Живописное обозрение», «Художник», «Труд», «Русское обозрение», «Книжки Недели» и др. Подписывалась она обычно «М.Лохвицкая», но уже тогда все называли ее Миррой. К этому времени относится знакомство с писателями Вс.Соловьевым, И. Ясинским, Вас. Ив. Немировичем-Данченко, А. Коринфским, критиком и историком искусства П.П. Гнедичем, поэтом и философом Вл.Соловьевым и другими. Стихи двадцатилетней Лохвицкой удивительно зрелы и сильны:

Порвется жизни нашей нить, —
Спешите ж ею насладиться,
Спешите юностью упиться,
Любить, страдать, — страдать, любить!

Мария Александровна, «Мирра Лохвицкая», еще при жизни получила имя «Русской Сафо»; любовь была главной темой ее творчества, строка «Это счастье — сладострастье» воспринималась как девиз поэтессы. В ее ранних стихах любовь — светлое чувство, приносящее семейное счастье и радость материнства; впоследствии жизнь лирической героини осложняется вторжением греховной страсти, вносящей в ее душу разлад. Широкий диапазон этих переживаний помогал стихам не выглядеть однообразными, любовная лирика как бы обретала сюжетность.

В 1890-е годы Лохвицкие проводили летние месяцы в так называемой «Ораниенбаумской колонии» — дачном поселке между Петергофом и Ораниенбаумом. Впечатлениями этой местности был навеян целый ряд стихотворений Лохвицкой, а также поэма «У моря». По соседству с Лохвицкими снимала дачу семья известного профессора архитектуры Эрнеста Жибера (1823-1909). Это был один из многочисленных иностранных зодчих, чья судьба оказалась связана с Россией. Чистокровный француз, он родился в Париже, в 1840-е гг. приехал в Петербург, окончил Академию художеств и остался в России навсегда. Эрнест Иванович, как его стали звать, прожил долгую жизнь (похоронен на Смоленском лютеранском кладбище). Со временем он женился — очевидно, тоже на обрусевшей француженке, Ольге Фегин (1838-1900). У них была дочь, Ольга Эрнестовна, и несколько сыновей, за одного из которых, Евгения Эрнестовича, Мирра Лохвицкая вышла замуж.

Свадьба состоялась в конце 1891 года. Позднее Лохвицкая писала, что ее муж был тогда студентом Петербургского университета. Впрочем, возможно, что имелся в виду институт гражданских инженеров, профессором которого состоял Э.И. Жибер. Е.Э. Жибер по профессии был инженером-строителем, его работа была связана с переездами и командировками. Через год после свадьбы молодые уехали из Петербурга, жили в Тихвине и Ярославле, затем на несколько лет их местом жительства стала Москва. Осенью 1898 года семья снова переехала в Петербург, в квартиру на Стремянной ул., д.4.

Детей у поэтессы было пятеро, все — мальчики. Трое: Михаил, Евгений и Владимир — появились на свет в первые годы ее замужества, один за другим. Около 1900 года родился четвертый ребенок, Измаил. К началу 1900-х гг. относится шуточное стихотворение, посвященное ее детям, в котором она дает шутливую характеристику каждому из них и совершенно всерьез говорит о своих материнских чувствах:

Михаил мой — бравый воин,
Крепок в жизненном бою,
Говорлив и беспокоен,
Отравляет жизнь мою.

Мой Женюшка — мальчик ясный,
Мой исправленный портрет,
С волей маминой согласный,
Неизбежный как поэт.

Мой Володя суеверный
Любит спорить без конца,
Но учтивостью примерной
Покоряет все сердца.

Измаил мой — сын Востока,
Шелест пальмовых вершин,
Целый день он спит глубоко,
Ночью бодрствует один.

Но и почести и славу
Пусть отвергну я скорей,
Чем отдам свою ораву:
Четырех богатырей!

Лохвицкая обладала большим поэтическим дарованием. Ее стихи отличались блеском метафор, музыкальностью, эмоциональной насыщенностью. По темам и основному содержанию ее поэзия ограничивалась сферой чувственной любви, возводила в культ обнаженное сладострастие. Лохвицкая культивировала узкий индивидуализм, взгляд на женщину как на существо, находящее свое счастье в беззаветном подчинении любимому, ее «повелителю». Лохвицкую можно считать основоположницей русской «женской поэзии» XX века, она проложила путь для Ахматовой, Цветаевой и других русских поэтесс. С утверждением «женской тематики» был связан налет скандальности, сопутствовавший ее славе, хотя ничего эпатажного ни в стихах, ни в манере поведения самой поэтессы не было. Чувственная и жизнелюбивая лирика Лохвицкой, воспевающая греховную страсть, таила душевную чистоту и простодушие, глубокую религиозность; склонность к мистицизму явственно сказалась в поздних стихах с их предчувствием близкой смерти. И все-таки, по единодушному свидетельству мемуаристов, несмотря на «смелость» своей любовной лирики, в жизни Лохвицкая была «самой целомудренной дамой Петербурга», верной женой и добродетельной матерью. Стихов, обращенных к детям, у нее немного, но они составляют неотъемлемую часть ее поэтического наследия. Персональных посвящений удостоились Евгений, Измаил и последний, пятый ребенок, Валерий, родившийся осенью 1904 года.

Московский Александровский институт Первый сборник стихотворений Лохвицкой вышел в 1896 году и сразу же был удостоен Пушкинской премии. Распространено мнение, что Лохвицкой покровительствовал маститый поэт Аполлон Майков, но никаких свидетельств их общения не сохранилось. Более того, А.А. Голенищев-Кутузов, рецензент сборника, в своем отзыве говорит: «По выходе в свет сборника г-жи Лохвицкой покойный К.Н. Бестужев-Рюмин, вероятно, лично знакомый с автором, передал покойному же Аполлону Николаевичу Майкову и мне по экземпляру этого сборника». Следовательно, Майков с Лохвицкой знаком не был. Скорее всего, смутные воспоминания о том, что поэт-академик был как-то причастен к присуждению ей Пушкинской премии, а также наличие у нее стихотворений на темы античности создали миф о каком-то особом покровительстве Лохвицкой со стороны Майкова. Далее сборники стихотворений поэтессы выходили в 1898, 1900, 1903 и 1904 годах. Третий и четвертый сборники были удостоены почетного отзыва Академии наук.

Популярность «русской Сафо» к концу XIX века постоянно возрастала; критика находила в них уже «больше искренности, чем нескромности». На фоне однообразно-унылой народнической лиры страстный — до экзальтации — голос поэтессы звучал совершенно особенно, как музыкальное соло. В ее лирике вообще главенствовала музыкальная стихия, подчиняющая и растворяющая в своем потоке стихотворные ритмы, словесные образы, темы. В 1900-е годы в ее стихах почувствовались пессимистические ноты, она обратилась к драматическим формам, писала пьесы на средневековые сюжеты, испытала увлечение мистикой; но и вечные библейские истории притягивали ее.

С переездом в Петербург Лохвицкая входит в литературный кружок К.К. Случевского. Случевский относился к ней с большой теплотой, на его «пятницах» она была всегда желанной, хотя и нечастой гостьей. Вообще круг литературных связей Лохвицкой довольно скуден. Из символистов дружественно относился к ней, пожалуй, Ф.К. Сологуб. В кругу друзей Лохвицкую окружала аура всеобщей легкой влюбленности. Хотя внешность непосредственного отношения к литературе не имеет, в ее случае она сыграла свою важную, хотя и неоднозначную роль. Классический портрет поэтессы дает И.А. Бунин: «И все в ней было прелестно: звук голоса, живость речи, блеск глаз, эта милая легкая шутливость… Особенно прекрасен был цвет ее лица: матовый, ровный, подобный цвету крымского яблока». Мемуаристы подчеркивают некоторую экзотичность ее облика, соответствующую экзотичности ее поэзии. На начальном этапе литературной карьеры эффектная внешность, вероятно, помогла Лохвицкой, но впоследствии она же стала препятствием к пониманию ее поэзии. Далеко не все хотели видеть, что внешняя привлекательность сочетается в поэтессе с живым умом, который обнаруживал себя в ее лирике. Драма Лохвицкой — драма красивой женщины, в которой отказываются замечать что бы то ни было помимо красоты. Встречаются сведения о том, что поэтесса часто и с неизменным успехом выступала на литературных вечерах. Эти ее «эстрадные» успехи представляются преувеличенными. В ее архиве всего несколько свидетельств подобных выступлений. Кроме того, она страдала сильной застенчивостью. По воспоминаниям Е. Поселянина: «Когда она вышла на сцену, в ней было столько беспомощной застенчивости, что она казалась гораздо менее красивою, чем на своей карточке, которая была помещена во всех журналах». Лохвицкая и сама признавала за собой это свойство.

Неизбежно возникает вопрос о том, какой характер носили отношения Лохвицкой с поэтом К.Д. Бальмонтом. П.П. Перцов в воспоминаниях упоминает об их «нашумевшем романе», который, по его мнению, положил начало прочим бесчисленным романам Бальмонта. Сам поэт в автобиографическом очерке «На заре» говорит о том, что с Лохвицкой его связывала «поэтическая дружба». В остальном отношения двух поэтов окружены глухим молчанием. Мемуаристы, писавшие о Лохвицкой, не говорят по этому поводу ни слова. Писавшие о Бальмонте Лохвицкую почти не упоминают. Исследователи делают вывод о том, что в какой-то период поэтов связывали отношения интимной близости, затем их пути разошлись, но воспоминания о «светлом чувстве» остались. Все это верно лишь отчасти. Интимных отношений, скорее всего, не было, документальных свидетельств общения двух поэтов почти не сохранилось. В архиве Бальмонта нет ни одного письма Лохвицкой, в ее архиве уцелело лишь одно его письмо. Однако и по этому, единственному письму, можно понять, что существовали и другие письма, по какой-то причине они были уничтожены.

Лохвицкая и Бальмонт познакомились не позднее февраля 1896 года, это видно по дарственной надписи на книге Лохвицкой, подаренной Бальмонту. О том, как развивались их отношения, можно судить лишь по отрывочным упоминаниям в переписке поэтов с другими адресатами и скупых репликах в автобиографической прозе Бальмонта. Но и молчание само по себе значимо. При почти полном отсутствии письменных и мемуарных источников, обильный материал дает стихотворная перекличка (более сотни стихов), запечатленная в творчестве обоих. Во всяком случае, в поэзии Лохвицкой Бальмонт узнается легко. Из этой переклички можно сделать вывод о том, что отношения между двумя поэтами были далеко не идилличны. После сравнительно недолгого периода, когда они чувствовали себя друзьями и единомышленниками, наметилось расхождение во взглядах — о чем свидетельствуют и критические отзывы Бальмонта. Есть основания полагать, что он вольно или невольно сыграл в судьбе Лохвицкой весьма неблаговидную роль, — чем и вызвано странное молчание. Их «роман» наделал много шуму, хотя существовал, главным образом, в стихах. Тем не менее, чувства с обеих сторон не были надуманны, невозможность пережить в реальности то, что было воспето в поэзии, в конце концов привела к ухудшению отношений и к полному их разрыву, хотя стихотворная перекличка, ставшая своего рода поединком, продолжалась.

Драма, по всей видимости, состояла в том, что чувство поэтов было взаимным, причем со стороны Лохвицкой оно было, пожалуй, даже более глубоким, но она, по причине своего семейного положения, старалась подавить это чувство в жизни, давая ему проявиться лишь в творчестве. Бальмонт же, увлеченный идеями Ницше о «сверхчеловечестве», стремясь, согласно модернистским принципам, к слиянию творчества с жизнью, непрерывно расшатывал нестабильное душевное равновесие, которого поэтесса с большим трудом добивалась. Для Лохвицкой последствия оказались трагичны: результатом стали болезненные изменения психики (на грани душевного расстройства), в конечном итоге приведшие к преждевременной смерти.

Мирра Лохвицкая с мужем, Е.Э. Жибером История любви двух поэтов имела странное и трагическое продолжение в судьбах их детей. Дочь Бальмонта была названа Миррой — в честь Лохвицкой. Имя предпоследнего сына Лохвицкой Измаила было как-то связано с ее любовью к Бальмонту. Измаилом звали главного героя сочиненной ею странной сказки — «О принце Измаиле, царевне Светлане и Джемали Прекрасной», в которой причудливо преломлялись отношения поэтов. В 1922 году, когда Бальмонт был уже в эмиграции и жил в Париже, к нему явился юноша — бывший врангелевец, молодой поэт — Измаил Лохвицкий-Жибер. Бальмонт был взволнован этой встречей: молодой человек был очень похож на свою мать. Вскоре он стал поклонником пятнадцатилетней Мирры Бальмонт — тоже писавшей стихи. Что было дальше — понять нельзя. Отвергла ли девушка любовь молодого поэта, или почему-то испортились его отношения с Бальмонтом, или просто он не смог найти себя в новой эмигрантской жизни — но через полтора года Измаил застрелился. В предсмертном письме он просил передать Мирре пакет, в котором были его стихи, записки и портрет его матери. Об этом сообщал Бальмонт в письме очередной своей возлюбленной, Дагмар Шаховской, которая родила ему двоих детей. Их дочь, родившаяся в том же году, была названа Светланой. Последующая судьба Мирры Бальмонт была не менее трагична. Неудачное замужество, рождение более чем десяти детей, чудовищная нищета. Умерла она в 1970 году. За несколько лет до смерти попала в аварию и потеряла способность двигаться.

После увлечения Бальмонтом известность Лохвицкой получила несколько скандальный оттенок, поэтессе настойчиво примеряли ореол «вакханки». Однако Бунин, хорошо ее знавший, отмечал несовпадение этой репутации с реальным человеческим обликом поэтессы: «мать нескольких детей, большая домоседка, по-восточному ленива». Лохвицкой обычно ставят в упрек узость ее поэтического мира. Может быть, в каком-то смысле это и верно. «Я — женщина и — только», — говорила она сама о себе. На самом деле, она вся — в своих «эмоциональных трепетах», у нее мало реальных впечатлений внешнего мира, на первый взгляд совсем не чувствуется современной ей эпохи, — времени Толстого, Чехова, Горького, Блока. Но, приглядевшись внимательнее, можно увидеть, что эпоха, в которую жила поэтесса, на самом деле отразилась в ее стихах — и очень своеобразно:

Мне ненавистен красный цвет
За то, что проклят он.
В нем — преступленья долгих лет,
В нем — казнь былых времен…

Это было сказано еще до первой русской революции, которую Лохвицкая и разглядеть-то не успела. В сущности, одного этого стихотворения было достаточно, чтобы поэта не печатали при Советской власти. А таких примеров у нее много. Вспомним хотя бы ее поэтический завет — одно из последних стихотворений, написанное незадолго до смерти:

В день Духа Святого стучитесь, избранники,
Могучие странники давних времен,
Во храмы безлюдные, в сердца непробудные,
Поведайте миру, что Враг побежден.

Чтобы в 1905 году видеть «безлюдные храмы» и оборотную сторону символики красного цвета, надо было смотреть вперед лет на пятнадцать. А чтобы видеть, что, несмотря на это, «Враг побежден» — на все восемьдесят пять.

…В долине лилии цветут… Клубится черный дым
На небе зарево горит зловещее над ним.
Огонь селения сожжет, — и будет царство сна.
Свой храм в молчанье мертвых нив воздвигнет тишина…

Верно ли, что далека от жизни «русская Сафо»? Тут, пожалуй, понятно станет, почему в прежние годы — да и в нынешние — предпочитали и предпочитают говорить, что все собрание ее стихотворений — об одной бурнопламенной страсти. Ее стиль нельзя спутать ни с чьим, она всегда остается собой.

Горят вершины в огне заката,
Душа трепещет и внемлет зову,
Ей слышен шепот: «Ты внидешь в вечность
Пройдя вратами любви и смерти», —

писала она в одном из последних стихотворений. Склонность к мистицизму была у нее природной, даже — наследственной. Ее прадед, Кондратий Андреевич Лохвицкий (1779-1839), был известен как поэт-мистик, автор таинственных «пророчеств». Есть что-то мистическое как в поэзии Мирры Лохвицкой, так и в ее судьбе. Это было замечено сразу после ее смерти. «Молодою ждала умереть, // И она умерла молодой», — писал Игорь Северянин, перифразируя ее строки. Мистикой проникнуто и само имя Мирра, которое она избрала в юности — почему, точно неизвестно. «Мирра» — драгоценное благовоние, древний символ любви и смерти. Греческое название его — «смирна». Смирна, наряду с золотом и ладаном является одним из даров, принесенных волхвами младенцу Христу.

Здоровье Лохвицкой заметно ухудшается с конца 1890-х годов, возможно, из-за драматических переживаний, связанных с Бальмонтом. Она часто болеет, жалуется на боли в сердце, депрессию, ночные кошмары. В декабре 1904 года болезнь обострилась, в 1905 году поэтесса была уже практически прикована к постели. Последний период улучшения был летом 1905 года, на даче, затем Лохвицкой внезапно стало хуже. Умирала она мучительно. Физическая причина ее смерти неясна. В биографических справках обычно указывается туберкулез легких. Между тем ни в одном из некрологов эта болезнь не называется. Единственное современное поэтессе свидетельство (Ю.Загуляевой) говорит о «сердечной жабе», т.е. стенокардии. Во всяком случае, для современников было очевидно, что физические причины смерти Лохвицкой связаны с душевным состоянием. «Она рано умерла; как-то загадочно; как последствие нарушенного равновесия ее духа…» — писала в воспоминаниях дружившая с Лохвицкой поэтесса И. Гриневская.

Смерть наступила 27 августа (9 сентября) 1905 года. Лохвицкой было 35 лет, после нее остались пятеро детей. Похороны состоялись 29 августа. Народу было мало. Отпевали поэтессу в Духовской церкви Александро-Невской лавры, там же, на Никольском кладбище, ее и похоронили. Могила Лохвицкой сохранилась, но состояние ее оставляет желать лучшего. Надпись на надгробном памятнике гласит: «Мария Александровна Жибер — «М.А. Лохвицкая» — Родилась 19 ноября 1869 г. Скончалась 27 августа 1905 г.» Никаких указаний на то, что она была поэтом, нет, и потому могила не привлекает к себе внимания. Судя по расположению захоронения, предполагалось, что рядом впоследствии будет погребен муж, но место осталось пустым.

Бальмонт, посвятивший ей лучший свой сборник «Будем как солнце» (1903), не выказал никакого участия к поэтессе на протяжении всей ее предсмертной болезни, и на похоронах не присутствовал. В его письме Брюсову от 5 сентября 1905 года среди пренебрежительных характеристик современных поэтов есть и такая: «Лохвицкая — красивый романс». Эти слова звучат цинично, не знать о смерти поэтессы Бальмонт не мог. Цинизмом проникнут и его сборник «Злые чары», название которого явно заимствовано у Лохвицкой (выражение встречается у нее в драмах «Бессмертная любовь» и «In nomine Domini», а также в стихотворении «Злые вихри»). Позднее он, видимо, раскаявшись, вновь переменил свое отношение к ней. Специально о Лохвицкой он ничего не написал, но образы ее поэзии продолжали всплывать в его стихах до конца его жизни.

Мало найдется поэтов, чья литературная судьба начиналась бы столь успешно и завершилась бы столь печально. В начале пути — быстрое признание, восторги читателей, престижная Пушкинская премия уже за первый сборник. Затем — упреки в ограниченности, тривиальности, вульгарности и т.д. и т.п. Через каких-то пятнадцать лет — холодные насмешки законодателей литературной моды, мелочные придирки критиков и равнодушие читающей публики, не удостоившей прежнюю любимицу даже живых цветов на похоронах. До революции слава Лохвицкой еще светила закатными лучами, хотя на поэзию модернизма Лохвицкая заметного влияния не оказала, и единственной яркой вспышкой было увлечение ее творчеством Игоря Северянина, создавшего своеобразный культ поэтессы и выдумавшего даже страну, названную по ее имени — «Миррэлия». Впрочем, неумеренные восторги «короля поэтов» не способствовали адекватному пониманию ее поэзии. В советский период слава Лохвицкой угасла совсем. Ее творчество подверглось насильственному забвению, поскольку ни ее любовная, ни религиозно-философская лирика не вписывались в идеологию советской эпохи. Не заинтересовалось ее наследием и русское Зарубежье. Достаточно сказать, что в течение более чем девяноста лет ее стихи не выходили отдельными изданиями. Однако фактическое влияние Лохвицкой на последующую литературу несомненно больше того, о котором привыкли говорить в наши дни.

Видео:Надежда ТэффиСкачать

Надежда Тэффи

Фамилия Лохвицкая

Лохвицкая – женская русская, украинская, белорусская или польская, реже литовская, словацкая, словенская, хорватская, чешская, македонская, болгарская, еврейская фамильная модель, образованная от топонимов, названий мест (Вишневец → Вишневецкая, поместье за болотами → Заболоцкая), от фамилий помещиков (Строганова холоп → Строгановская), либо фамилии польского, западно-украинского либо западно-белорусского происхождения имеющие ударение на предпоследнем слоге (Потоцкая).

Видео:Надежда Тэффи. Подарок. Рассказ. Юмористическая проза. АудиокнигаСкачать

Надежда Тэффи. Подарок. Рассказ. Юмористическая проза. Аудиокнига

Национальность

Русская, украинская, белорусская, польская, литовская, словацкая, словенская, хорватская, чешская, македонская, болгарская, еврейская.

Видео:Блины. 🎧 Надежда Тэффи. Аудиорассказ.Скачать

Блины. 🎧 Надежда Тэффи. Аудиорассказ.

Происхождение фамилии с суффиксами -ская/-цкая

Как возникла и откуда произошла фамилия Лохвицкая? Лохвицкая – русская, украинская, белорусская или польская, реже литовская, словацкая, словенская, хорватская, чешская, македонская, болгарская, еврейская фамильная модель, образованная от топонимов, названий мест, от фамилий помещиков, либо фамилии польского, западно-украинского либо западно-белорусского происхождения имеющие ударение на предпоследнем слоге.

Значение и история возникновения фамилии с суффиксами -ская/-цкая:

  • От топонимов.
    Например, Дубово → Дубовская, Стеблевка → Стебливская и т.п.
  • От названий мест.
    Например, Терек → Терская, на лугу → Луговская и т.п.
  • От от фамилий помещиков.
    Например, Краснов → Красновская, Кучков → Кучковская и т.п.
  • От фамилий польского, западно-украинского либо западно-белорусского происхождения имеющие ударение на предпоследнем слоге.
    Например, Заблоцкая, Красинская и т.п.

Видео:Аудио рассказ - «Жизнь и воротник», Тэффи (Надежда Александровна Лохвицкая), читает Legere VerbaСкачать

Аудио рассказ - «Жизнь и воротник», Тэффи (Надежда Александровна Лохвицкая), читает Legere Verba

История

Данный тип фамилий охватывает приблизительно до 10% белорусов и распространён по всей территории страны, с максимальным сосредоточением в Гродненской области (до 25%) с постепенным убыванием на восток. Однако в минимальном количестве 5—7% жителей, такие фамилии представлены в Беларуси в каждом населённом пункте.

Фамилии заканчивающиеся на -ская/-ский/-цкая/-цкий считаются изначальными для обширного культурного ареала, они характеры для украинского, белорусского и польского языков. Суффиксы -ская/-ский/-цкая/-цкий является общеславянским по происхождению. Но подобные фамилии изначально были у польской аристократии, и образовывались как правило от названия имений. Такое происхождение придавало фамилиям социальную престижность, в результате чего данный суффикс распространился в других социальных слоях, утвердившись в итоге как преимущественно польский суффикс. В результате сначала в Польше, затем на Украине, в Беларуси и Литве, которые входили в состав Речи Посполитой, суффикс -ская/-ский/-цкая/-цкий распространялся также в низших социальных слоях и разных этнических группах. Престиж фамилий на -ская/-ский/-цкая/-цкий, которые считались польскими и шляхетными, был столь высок, что данный словообразовательный тип распространился и на патронимические фамилии. К примеру, некто Милко становился Милковским, Кернога → Керножицким, а Скорубо → Скорубским. В Белоруссии и на Украине у магнатов Вишневецких, Потоцких часть их бывших крестьян получила фамилии своих владетелей (Вишневецкий, Потоцкий). Значительная часть фамилий на -ская/-ский/-цкая/-цкий в Беларуси не имеет топонимической основы, данными суффиксами нередко оформлялись заурядные крестьянские имена.

Практически все фамилии на -ская/-ский/-цкая/-цкий значатся в гербовниках Речи Посполитой. История многих семей берёт начало в глубокой древности, к примеру Бельские ведут род от Гедимина, а Глинские от Мамая и т. д. Остальные семьи хоть и менее знатные и древние, но тоже оставили свой след в истории. Например, было пять шляхетских семейств с фамилией Козловский, различного происхождения с гербами Ястребец, Лис, Вежи, Слеповрон и Подкова. Практически то же самое можно сказать о знатности фамилий на -ович/-евич. Например, известны два дворянских рода Климовичей гербов Ясеньчик и Костеша, и два рода Макаревичей гербов Лис и Самсон. Однако ближе к началу XX века фамилии в значительной степени утратили свою сословную окраску.

У поляков фамилии на -ская/-ский/-цкая/-цкий составляют 35,6% (на севере Польши до 50%). У восточных украинцев – 4-6%, у западных – 12-16%. У словаков они составляют 10% (Есенский, Ваянский), у чехов – 3% (Добровский, Палацкий). Незначительна доля этих фамилий у словенцев (словен. Pleterski, Ledinski), хорватов (Зрински, Слюньски), сербов. У болгар – около 18% (Левский, Раковский). У македонцев фамилии этого типа охватывают половину населения. Есть они также у лужичан (в.-луж. Kubaš-Worklečanski, Grojlich-Bukečanski). У русских фамилии на -ская/-ский/-цкая/-цкий принадлежали особым социальным группам: дворянам (в подражание княжеским и шляхетским), духовенству (часто из названий церквей и селений), с XIX века – разночинцам. Ср. княжеские и боярские фамилии – Шуйский, Вяземский, Курбский, Оболенский, Волконский; фамилии русского духовенства – Цевницкий, Сперанский, Преображенский, Покровский. Во второй половине XIX века они начали распространяться и у крестьян, но у них подобных фамилий было очень мало. На Севере России они встречаются во много раз чаще, чем в других областях. Наибольшая в России частота фамилий на -ский находится на северо-востоке Вологодской области, в которой они охватывают 8–12% всего сельского населения (Военгский, Едемский, Корельский), тогда как в юго-западных районах количество их редко превышает 1%. У крестьян такие фамилии могли также появиться от своего бывшего владельца, особенно в вотчинах крупных магнатов. В XX веке у тульских и орловских колхозников можно было встретить аристократические фамилии Трубецкой, Оболенский и др. Тысячи украинских крестьян имели такие фамилии, как Калиновский, Ольшанский, Потоцкий и др. Исконно русские фамилии на -ский позднее слились и практически были поглощены аналогичными польскими, украинскими и белорусскими фамилиями, такими как Борковский, Чайковский, Ковалевский, Лозинский, Томашевский. В литовскую антропонимию под польским влиянием также вошли фамилии на -ская/-ский/-цкая/-цкий. Самые распространённые фамилии в Литве: Казлаускас (лит. Kazlauskas), Янкаускас (лит. Jankauskas), Петраускас (лит. Petrauskas), восходят к фамилиям Козловский, Янковский, Петровский. В некоторой степени это относится и к латышской антропонимии в Латгалии (Домбровскис (латыш. Dombrovskis), Янковскис (латыш. Jankovskis) — Домбровский, Янковский). Фамилии на -ская/-ский/-цкая/-цкий под славянским влиянием появились также у евреев, белорусских татар, цыган и других народов, живших на территории Польши, Литвы, Белоруссии, Украины и России.

Видео:Надежда Тэффи. "Экзамен"Скачать

Надежда Тэффи. "Экзамен"

Склонение

Склонение фамилии Лохвицкая по падежам (женский род)

Именительный падеж (кто?)Лохвицкая
Родительный падеж (кого?)Лохвицкой
Дательный падеж (кому?)Лохвицкой
Винительный падеж (кого?)Лохвицкую
Творительный падеж (кем?)Лохвицкой
Предложный падеж (о ком?)Лохвицкой

Видео:Читаем вслух Надежда Тэффи «О русском языке»Скачать

Читаем вслух Надежда Тэффи «О русском языке»

Транслитерация (фамилия латинскими буквами)

Транслит фамилии Лохвицкая на латинице – Lokhvitskaia.

Видео:НАДЕЖДА ТЭФФИ "ЖИЗНЬ И ВОРОТНИК"Скачать

НАДЕЖДА ТЭФФИ "ЖИЗНЬ И ВОРОТНИК"

Ударение

Ударение в фамилии Лохвицкая не регламентируется правилами русского языка. Точно ответить затруднительно. Лучше уточнить произношение у носителя фамилии.

Видео:Надежда Тэффи. ДуракиСкачать

Надежда Тэффи. Дураки

Источники

Другие значения и истории происхождения фамилий на сайте в нашем справочнике в алфавитном порядке:
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Видео:Читка. Надежда Тэффи "Забытый путь"Скачать

Читка. Надежда Тэффи "Забытый путь"

Словари

ЛОХВИЦКАЯ Мирра — ЛО́ХВИЦКАЯ Мирра (Мария) Александровна (1869-1905), русская поэтесса. Сестра Н. А. Тэффи (см. ТЭФФИ Надежда Александровна). В историю литературы вошла как «русская Сафо»: в лирике (сборники «Стихотворения», кн.1-5, 1896-1904; «Перед закатом» опубликован в 1908 с предисловием К. Р. (см. К. Р.)), отмеченной мелодичностью и изяществом стиха, воспевала чувственную любовь, языческую страсть, свободу чувств.

ЛО́ХВИЦКАЯ Мирра Ал-др. (1869-1905) — поэтесса. Сестра Н. Лохвицкой (Тэффи). Род. в Петербурге, в семье изв. адвоката. Окончила Александровский ин-т в Москве (1888). С этого времени начала публиковать стих. в ж. «Север», «Северный вестник», «Русское обозрение», «Русская мысль» и др. Вскоре приобрела славу «рус. Сафо»; высокие отзывы о ее поэзии принадлежат Н. Минскому, К. Фофанову, К. Бальмонту, И. Северянину, Вяч. Иванову. Наибольшую известность получили пейзажные стих. Л. и лирика, воспевающая бурные, в значит. степени стилизов., любовные страсти, мучения и восторги. В 1896 Л. была удостоена Пушкинской премии АН.

ЛОХВИЦКАЯ Мирра (Мария) Александровна (1869-1905) — русская поэтесса. Сестра Н. А. Тэффи. В историю литературы вошла как «русская Сафо»: в лирике (сборники «Стихотворения», кн.1-5, 1896-1904; «Перед закатом» опубликован в 1908 с предисловием К. Р.), отмеченной мелодичностью и изяществом стиха, воспевала чувственную любовь, языческую страсть, свободу чувств.

Видео:"ИЗБРАВ СВОЙ ПУТЬ, Я ШЕСТВУЮ СПОКОЙНО...": МИРРА АЛЕКСАНДРОВНА ЛОХВИЦКАЯСкачать

"ИЗБРАВ СВОЙ ПУТЬ, Я ШЕСТВУЮ СПОКОЙНО...": МИРРА АЛЕКСАНДРОВНА ЛОХВИЦКАЯ

Тэффи

Биография

Тэффи – писательница, творившая в самых разных литературных жанрах. Ее произведениями зачитывались и последний русский царь, и вождь мирового пролетариата. Современные читатели узнают себя и приятелей в увлеченных шопингом мещанах и страдающих от любви дворянах. Биография литератора, язык и герои которой не устарели за 100 лет, полна загадок и мистификаций.

Детство и юность

Надежда Лохвицкая (настоящие имя и фамилия самого успешного «сатирика в юбке») родилась в городе на Неве весной 1872 года. О точной дате рождения идут споры, как и о том, сколько было детей в семье. Документально подтверждено, что у Нади имелись одна младшая (Лена) и три старшие (Варя, Лида и Маша) сестры и один старший брат (Коля).

Отец будущей писательницы был специалистом по конституционному праву и успешно совмещал амплуа адвоката, профессора, литературного популяризатора юриспруденции, т. е. занимал приблизительно такое положение, как 120 лет спустя Анатолий Собчак или Михаил Барщевский. Мать имела французские корни. Когда Наде исполнилось 12 лет, отец семейства скончался.

Надежда лохвицкая ударение в фамилииТэффи в годы Первой мировой войны / Журнал «Аргус», Живой Журнал

Надин прадед Конрад (Кондратий) Лохвицкий писал мистические стихи, и фамильная легенда рассказывала о магическом даре, который передается только по мужской линии, а если им завладеет дама, то заплатит за это личным счастьем. Девочка с ранних лет любила книги и даже пыталась изменить судьбу персонажей: в юности Надя съездила ко Льву Толстому и попросила писателя не лишать жизни Андрея Болконского. Первые стихи родились у Надежды Лохвицкой во время обучения в гимназии.

Девушка не была красавицей и вышла замуж за первого претендента. Брак с Владимиром Бучинским принес Надежде двух дочерей – Леру и Лену и сына Янека, но матерью «демоническая женщина» оказалась неласковой. Дожив до 28 лет, Лохвицкая ушла от мужа. Бучинский в отместку лишил Надю общения с детьми.

Книги

Разлученная с отпрысками Лохвицкая, в отличие от Анны Карениной, не стала бросаться под поезд, а вернулась к юношеской мечте о литературе и в 1901 году дебютировала в журнале «Север» стихотворением «Мне снился сон безумный и прекрасный». К моменту публикации произведения сестра начинающего литератора, Мария, уже была известной поэтессой, творившей под псевдонимом Мирра Лохвицкая. Надежда задумалась об оригинальном литературном имени.

Происхождение псевдонима Тэффи Лохвицкая-младшая объясняла по-разному. Первая версия – Надежда вспомнила о необычайно глупом, но очень везучем знакомом, которого приятели звали Стэффи, и для конспирации отбросив начальную букву, придумала имя, под которым стала знаменитой. Вторая версия – псевдоним позаимствован Лохвицкой из рассказа Киплинга о шаловливой, заслуживающей порки девочке.

Шутливость обеих версий соответствовала амплуа, принесшему Надежде популярность: писательница, умевшая писать стихи, сочинять и переводить пьесы, создавать романы и мемуары, прославилась как автор коротеньких рассказов, в которых сочетались сатира и лиризм.

Программа «Книжная полка» — «Надежда Тэффи. Биография и творчество»

Если Мирра Лохвицкая стала литературной предтечей поэтов-женщин Ахматовой и Цветаевой, то Тэффи – новой звездой стиля, созданного Антоном Чеховым. Как горько иронизировала Надежда:

«Поэзия – моя любовь, а юмористическая беллетристика – кормилица».

Король российского юмора Аркадий Аверченко ценил творчество конкурентки и печатал фельетоны и юморески Тэффи в своем издательстве «Сатирикон». Миниатюры писательницы выходили также в «Русском слове» и «Речи». Название «Тэффи» носили духи и шоколадные конфеты.

Юморески Надежды Тэффи сочетали увлекательность детективов с назидательностью басен. В рассказах «Преступник» и «Жизнь и воротник» героями овладевает страсть к вещам. Но если в первом 5-летний воришка раскаивается и твердо встает на путь исправления, то во втором «модный воротничок» начинает крутить прежде порядочной барышней.

В произведениях «Счастливая любовь», «Демоническая женщина» и «Катенька» герои обманывают окружающих и в итоге самих себя. В рассказе «Счастье» тональность совершенно другая, чем в перечисленных юморесках – теперь это смех сквозь слезы: к власти приходят Шариковы, и бывший кухаркин ухажер грозит расстрелом семье за случайно сохранившийся портрет Керенского.

Лохвицкие не приняли Октябрьскую революцию. Брат Николай стал сподвижником Колчака, а Надежда Александровна через Одессу и Константинополь иммигрировала в Париж. Жизнь на чужбине была не сладкой, но дар предвидения и решительность Тэффи, вероятно, спасли писательницу от смерти в большевистских застенках.

Личная жизнь

Писательница стремилась оставаться загадкой и ограничивала доступ журналистов к личной жизни, а на вопросы о возрасте отвечала, что чувствует себя 13-летней. Известно, что женщина увлекалась мистикой и очень любила кошек, особенно последнего питомца, страдавшего от ожирения. В зрелые годы Тэффи пыталась наладить общение с подросшими детьми, но из троих отпрысков на контакт пошла только старшая Валерия.

Документальный фильм «Женщины в русской истории: Тэффи»

Читатели, жаждавшие познакомиться с королевой русскоязычного юмора, при общении с Тэффи разочаровывались – кумир имела меланхоличный и раздражительный характер. Однако с собратьями по перу писательница была добра и щедра. Созданный Тэффи во французской столице литературный салон стал центром притяжения русских эмигрантов, его завсегдатаями были острослов Дон-Аминадо и прозаик Алексей Толстой.

Ужиться с дамой, знавшей себе цену и весьма рассеянной в быту, удалось второму супругу – сыну бывшего калужского фабриканта Павлу Александровичу Тикстону. Надежда Александровна считала второго мужа лучшим человеком на земле, а когда болезнь обездвижила его, трогательно ухаживала за супругом. В последние годы жизни писательницы заботы о ее материальном обеспечении взял на себя филантроп С. С. Атран.

Смерть

Слухи о кончине Тэффи, пережившей фашистскую оккупацию Франции, витали задолго до ухода Надежды Александровны из жизни. В 40-х годах 20 века Михаил Цетлин опубликовал некролог памяти писательницы. Но умерла Тэффи только в 1952 году, успев создать перед уходом в вечность очерки о знакомых знаменитостях и цикл рассказов о животных.

Надежда лохвицкая ударение в фамилииМогила Тэффи / Википедия

Причиной смерти стал приступ стенокардии. Могила Надежды Тэффи находится на парижском кладбище Святой Женевьевы.

Поделиться или сохранить к себе: